Реальные судовладельцы крымского «черного списка» - расследование BSNews

Мониторинговая группа Майдана иностранных дел и BSNews в апреле 2017 года завершила длительное журналистское расследование, целью которого было установление реальных владельцев морских судов, которые в нарушение законодательства Украины и международных санкций заходили в порты оккупированного Крымского полуострова с 18 марта 2014 по 1 мая 2017 года.

Расследование проводилось с ноября 2016 по апрель 2017 года. По результатам расследования выполнен анализ по странам принадлежности судовладельцев и/или операторов судов-нарушителей и составлены соответствующие базы данных.

Сложность расследования обусловлена такими причинами:

1) Флаги судов, по которым среди широкого круга читателей принято определять государственную принадлежность того или иного судна, далеко не всегда тождественны стране нахождения реального судовладельца и тем более не всегда тождественны менеджменту - стране оператора судна.

2) Сложности учета судовладельца и тем более оператора судна отчасти связаны со спецификой рынка морских перевозок. Широко распространена практика, когда судовладелец не управляет своим судном непосредственно, а поручает это компании-оператору, передавая ему при этом часть полномочий и ответственности. При этом смена компании-оператора может происходить достаточно часто.

3) Кроме того, реальные судовладельцы морских судов из «черного списка» в целях ухода от санкций за рейсы в оккупированный Крым активно используют перерегистрацию принадлежащих им судов на фиктивных владельцев, в том числе в оффшорных зонах с высокой степенью анонимности реального бенефициара.

Турецкий сухогруз DENIZ под погрузкой зерна у терминала Авлита в Севастополе 25.08.2016

4) Для этих же целей широко практикуется частая смена компаний-операторов, а также смена государств флага и названий судна при сохранении реального владельца.

При этом, как правило, для новой регистрации собственника, а также страны флага судна выбираются страны, которые не поддерживают международные резолюции о территориальной целостности Украины, осуждающие оккупацию и аннексию Крыма, такие, например, как Танзания, Монголия, Белиз, Конго, Ливан и др.

Результаты расследования

Всего по состоянию на 30 апреля 2017 года в крымский морской «черный список» Майдана иностранных дел и BSNews, который ведется с 18 марта 2014 года, даты непризнанной мировым сообществом аннексии Крыма внесено 299 морских судов (без учета судов портофлота и технологического флота). Такая база данных обновляется ежедневно.

Общее количество «фигурантов черного списка» - 299 - не равно сумме судов-нарушителей по годам, поскольку значительная часть судов заходит в крымские порты в течение всего периода оккупации.

В 2014 году в порты оккупированного Крымского полуострова с официального дня его аннексии, 18 марта, то есть за 9,5 месяцев, заходили 144 морских судна. Из них: принадлежали судовладельцам России – 59 судов, 41,0%; Турции – 39 судов, 27,1%; Греции – 20 судов, 13,9%.

Таким образом, в первом году оккупации 82% судов-нарушителей принадлежали судовладельцам 3-х стран – России, Греции и Турции .

В 2015 году в крымские порты заходили 162 морских судна. Из них: принадлежали судовладельцам России – 107 судов, 66,1%; Турции – 30 судов, 18,5%.

То есть, во втором году оккупации 84,6% судов-нарушителей принадлежали судовладельцам только 2-х стран – России и Турции , а греческие судовладельцы резко сократили свою работу на крымские порты.

В 2016 году в крымские порты заходили тоже 162 морских судна. Из них: принадлежали судовладельцам России – 113 судов, 69,8%; Турции – 19 судов, 11,7%.

То есть, в третьем году оккупации также более 80%, а именно 81,5% судов-нарушителей принадлежали судовладельцам только 2-х стран – России и Турции .

За первые 4 месяца 2017 года в крымских портах зафиксировано 112 морских судов-нарушителей. Из них: принадлежат судовладельцам России – 90 судов, 80,4%; Турции – 10 судов, 8,9%.

Таким образом, за январь-апрель 2017 года 89,3% судов-нарушителей принадлежали судовладельцам также 2-х стран – России и Турции . Однако удельный вес турецких нарушителей значительно снизился.

Важное замечание: результаты расследования специально представляются в виде таблиц по каждому году оккупации отдельно.

Дело в том, что часто встречались ситуации, когда одно и то же судно в разные годы в период 2014-2017 принадлежало судовладельцам из разных стран. Поэтому по итогам расследования по каждому году конкретное судно помещалось в раздел той страны, в которой был в этот период зарегистрирован его конечный судовладелец.

Турецкий сухогруз LEONARDO под погрузкой зерна у зернового терминала в Камышевой бухте Севастополя 08.01.2017

Основные тенденции

В целом, при анализе по судовладельцам явно видны такие основные тенденции, которые являются прямым следствием действия украинских и международных морских санкций в отношении морского судоходства, принятых в связи с аннексией Крыма:

1) происходит резкое сокращение количества морских судов-нарушителей, принадлежащих иностранным судовладельцам (кроме РФ).

За три года оккупации Крыма доля торгового флота Турции в числе судов-нарушителей, заходящих в крымские порты снизилась с 27,1% до 8,9%, а количество судов-нарушителей почти в 4 раза – с 39 до 10. Динамика снижения: 2014 – 39 судов, 27,1%; 2015 – 30 судов, 18,9%; 2016 – 19 судов, январь-апрель 2017 – 10 судов, 8,9%.

За это же время доля торгового флота Греции снизилась с 13,9 % до 0%, а количество судов – с 20 до 0. Динамика снижения доли торгового флота Греции по годам оккупации выглядит следующим образом: 2014 – 20 судов, 13,9 %; 2015 – 5 судов, 3,1%; 2016 – 2 судна, 1,3%; январь-апрель 2017 года – 0 судов, 0%.

В 2014 году 35 (24,3%) судов-нарушителей режима оккупированной территории в Крыму принадлежали судовладельцам из стран ЕС и Швейцарии (включая, как сказано выше, 20 судов греческих владельцев, а также 6 румынских). В 2015 году их доля уменьшилась до 17 судов (10,5%). Но в 2016 году их количество почти не изменилось – 16 судов (9,9%) при том, что судовладельцы Германии, Великобритании, Швейцарии, Латвии, Италии полностью прекратили работать с крымскими портами. Это произошло исключительно за счет роста числа нарушителей, принадлежащих судовладельцам Румынии и Болгарии. Однако, в целом это серьезно не изменило общих тенденций.

2) в связи с указанными выше процессами, Россия вынуждена замещать недостающий тоннаж морскими судами, принадлежащими судовладельцам РФ.

За три года оккупации в числе морских судов, заходящих в крымские порты, доля торгового флота РФ вынужденно выросла с 41% до 80,4%, а количество – с 59 до 113. Динамика роста: 2014 – 59 судов, 41,0%; 2015 год – 107 судов, 67,3%; 2016 год – 113 судов, 69,8%; январь-апрель 2017 года – 90 судов, 80,4%.

3) вследствие усиливающегося дефицита судов у российских судовладельцев, РФ вынуждена привлекать на крымские маршруты морские суда, принадлежащие судовладельцам Ливана, Сирии, Египта.

Сирийский сухогруз LAODICEA, специализированное судно, способное перевозить военную технику, прибывает в оккупированный Севастополь 10 сентября 2016 года.

Общие итоги расследования

Количество морских судов, нарушавших режим оккупированной территории в портах Крымского полуострова с 18 марта 2014 до 1 мая 2017 года, по странам регистрации компаний-судовладельцев