26. Деньги, рейдерство властных структур, регулирование финансовых потоков. Люди как ресурс власть имущих

Грабежи, разбои и рейдерство властных структур. Иные этнические системы (XIII век)

Описываемые лейб-попами и лейб-историками ужасы грабежа святынь христианства при нашествии венецианских морпехов и крестоносцев Фаранции на Царьград в 1204 году не очень вяжутся с сообщениями примерно того же периода о доставке из Царьграда на Русь святынь Православия: «Гроба Господня», «частей страстей Господня», «обеих рук Логина» (Логоса?), «мощей Марии Магдалины» ect. — см., к примеру, Тверскую летопись или ст. 3 в 16.1.13.s

Грабеж Царьграда; реестр похищенного и уничтоженного; имена бандитов. Генуэзские, сицилийские и проч. «морпехи» не успевших убежать греков и варягов (!) выгнали из города насильно. — похоже на месть венецианского дуче Энрико Дандоло (см. ст. 15 ниже) — главного спонсора крестоносного рейда.

В том году пришли безбожные татары, разграбили всю землю Булгарскую, захватив и столицу булгар, где они никого не пожалели, изрубив и женщин, и детей, иных же в полон уведя.

Теперь сопротивление крестоносцам в Лангедоке возглавил племянник графа Раймонда — Роже. Против него двинулось из Лиона огромное войско крестоносцев из 20 тыс. всадников и 200 тыс. пеших воинов, напутствуемое очередным посланием кровожадного Иннокентия III: «Вперед, храбрые воины Христа! Спешите навстречу предтечам Антихриста и низвергните служителей ветхозаветного змия. Доселе вы, быть может, сражались преходящей славы, сразитесь теперь за славу вечную. Вы сражались прежде за мир, сражайтесь теперь за бога. Мы не обещаем вам награды здесь, на земле, за вашу службу богу с оружием в руках; нет, вы войдете в царство небесное, и мы уверенно обещаем вам это».

Сея по дороге смерть и не встречая решительного сопротивления со стороны катаров (им было запрещено убивать), крестоносцы захватили один из их укрепленных пунктов — г. Безье, сожгли его и вырезали всех его 60 тыс. жителей. Когда крестоносцы спрашивали папского легата Арнольда Амальрика, как отличать еретиков от правоверных католиков, тот отвечал: «Бейте их всех, господь узнает своих!».

Крестоносцы истребили в ходе кровопролитной войны в Лангедоке свыше миллиона мирных жителей, превратили его цветущие города в селения и руины. Катары были в буквальном смысле стёрты с земли.

Приговор (трибунала) выносили епископ и два монаха.

Из области Мелибар, да еще из другой, что подле и зовется Гузуратом (Гуджарат, Зап. Индия — Прим. ред.), каждый год более ста судов выходят другие суда захватывать да купцов грабить. Большие они разбойники на море; и жён и детей берут с собою; все лето в плавании; купцам они много убытков делают. Иные из этих судов отделяются от других, плавают и там и сям, выжидают, да подсматривают купеческие суда и всякие гадости чинят. Соберутся словно отряд; один от другого станет милях в пяти; и так расставится судов до двадцати, миль на сто займут море, и, как завидят судно с товарами, зажигают огни и подают друг другу знаки; и оттого ни одному судну тут не пройти, всякое перехватят.

Купцы знают разбойнические обычаи, знают, что должны их повстречать; снаряжаются и изготовляются хорошо и не боятся повстречать разбойников; защищаются храбро и разбойникам вред наносят, а и те суда захватывают. А захватят разбойники судно с товарами, забирают товары, а людям зла не делают. «Ступайте, — говорят им, — добывать другое имущество; случится, может быть, что и его нам отдадите!».

Тана — большое царство на западе (г. Тхана на о. Солсетт, недалеко от Бомбея — Прим. ред.); очень большое и прекрасное. Здешний царь никому дани не платит; живут тут идолопоклонники, и язык у них свой особенный. Одно здесь нехорошо — много разбойников выходит отсюда; ездят они по морю, и купцам большие убытки от них. И делается это, скажу вам, по воле царя; у него с разбойниками уговор: всех захваченных лошадей должны они ему отдавать; а лошадей захватывают они часто.

Между тем лэтты из Кукенойса и некоторые другие лэтты , Мелюкэ и Варигриббэ, помня все зло, причиненное в прошлом году русскими из Пскова и новгородцами в Ливонии, пошли в Руссию (в 1219 г.), стали грабить деревни, убивать мужчин, брать в плен женщин и обратили в пустыню всю местность вокруг Пскова, а когда они вернулись, пошли другие и нанесли такой же вред и всякий раз уносили много добычи. Покинув свои плуги, они поселились в русской земле, устраивали засады на полях, в лесах и в деревнях, захватывали и убивали людей, не давая покоя, уводили коней и скот и женщин их.

Русские же из Пскова, под осень, собрали войско, явились в землю лэттов и разграбили их деревни; остановившись во владениях Мелюкэ и Варигриббэ, опустошили все, что те имели, сожгли хлеб и всячески старались причинить зло, какое могли.

Рижские купцы шли (в 1221 г.) с товарами в Роталию. И явились датчане, схватили их, говоря, что это земля короля, связали и увели с собой в Ревель. И послали епископ рижский и магистр рыцарства просить, чтобы их отпустили; и те отказали. Тогда сообщено было датчанам, что рижане идут с войском, и тотчас все были отпущены.

И не пошли рижане в Эстонию, а отправились вместе с ливами и лэттами в Унгавнию, созвали к себе жителей Саккалы и Унгавнии и направились в Руссию против врагов своих, разоривших Ливонию. Оставив позади Псков, они вступили в королевство Новгородское и разорили всю окрестную местность, сожгли дома и деревни, много народу увели в плен, а иных убили. Лэтты добрались до церкви недалеко от Новгорода, захватили иконы (icones), колокола, кадила и тому подобное и вернулись к войску с большой добычей. Отомстив врагам, пошло все войско обратно с радостью и без всяких потерь, и вернулся каждый в дом свой, и смыто было оскорбление, нанесенное русскими ливонской церкви.

Лэтты, а вместе с ними жители Саккалы и Унгавнии, также беспрестанно вторгались в Руссию, многих там перебили, много народа обоего пола увели в плен и захватили много добычи. Точно так же лэтты из Кукенойса и тевтоны, ходившие в Руссию, всегда возвращались с массой добычи и множеством пленных.

В том же 1204 г. главою и магистром в том ордене братства меченосцев был избран почтенный муж, по имени Винно. Этот магистр Винно много и часто сражался с нехристями; он убил за один раз русского князя и 600 русских с ним, и отнял от язычников замки Герсек и Ковенгузен.

Когда все они (Орден — Прим. ред.) были вооружены, то отправились во всем сборе к Ворцгерву и придвинулись быстро оттуда к Дерпту, а Дерпт в то время не был каменным городом или замком, а только замком из дерева и брёвен, и был укреплён земляным валом от нападения. Это немцы хорошенько узнали вперёд. Но русские, по своему обычаю, отвечали надменно и надеялись получить помощь от Новгорода и Пскова.

Немецкие же рыцари, заметив, что этот замок нельзя завоевать без больших сил, начали его со всем старанием штурмовать. И не смотря на то, что русские и эсты мужественно сопротивлялись и причинили немцам большой вред огнём и другими способами, немцы их , наконец, одолели и взяли замок штурмом, и всех находившихся в нем русских и эстов вместе с князем того замка убили, и затем замок до тла сожгли и разрушили. Когда же вспомогательное войско пришло к Пскову и узнало, что Дерпт был взят таким образом, то все они, печальные и огорчённые, ушли назад. Христиане же очень возрадовались во всей стране о такой великой победе. Случилось это в 1230 году.

Около этого времени прибыл в Ливонию также граф Арнштед из Тюрингии со многими пилигримами, который вместе с магистром Волквином разбил эзельцев у Винтергартева, убил около 2 300 человек, молодых и старых, покорил эзельцев и привел их в повиновение. После такой победы магистр Волквин двинулся с пилигримами в Семигалию, и также покорил эти народы, и убил из них за один раз 1 600 человек. Тут же, при этом сражении легло более 300 христиан. После того семигалы снова вооружились против магистра и дали ему сражение, в котором семигалы снова были побеждены и потеряли более 500 человек, и хрястиан также убито 200.

Герман Балк, коего некоторые называют Герман Фальке (сокол) может быть ради его славных подвигов, и который был перед тем 7 лет ландмаршалом в Пруссии. Этот магистр первый принес с собою в Ливонии одеяние тевтонского ордена (в 1238 году), в которое был облечен. Тогда окончил свое существование орден меченосцев в Ливонии, и получило начало новое братство тевтонского ордена.

В 1272 г. в сан магистра в Ливонии возведен господин Отто фон Роденштейн, который вел большую войну с русскими; и когда он отправился на поле сражения против неприятеля, то неприятель оказался сильнее и могущественнее, нежели предполагалось, и напал он на магистра весьма стремительно.

Оба полчища сразились. Но магистр, при помощи Божией, одержал победу, убил более 5 000 русских, а остальных обратил в бегство — в этом сражении погиб также Адександр, епископ дерптский, со многими христианами.

После такой победы, магистр двинулся в Poссию с 18 000 войском сухим путем и с несколькими тысячами на кораблях, грабил там и жег, взял замок Изеборг (Изборск — Прим. ред.), выжег два города и обложил большой город Псков; эта война и рознь, наконец, окончились переговорами с князьями московским и новгородским, затем последовал мир, и магистр со своим войском ушел из Poсссию обратно.

Этот магистр Герман Балк воевал в союзе с людьми короля против русских, которые причиняли ордену много вреда, особенно дерптскому епископу Герману, и магистр Герман пришел с силой к замку на Руси, называемому Изборск, и здесь выступили им навстречу русские, и завязался ожесточенный бой. Христиане победили, и там было убито восемьсот русских, другие обращены в бегство, и из них многие взяты в плен. Этот магистр со своими и войском разбили свои палатки на поле перед Псковом, так называется город на Руси. Магистр приказал, чтобы каждый приготовился к штурму замка и города.

Русские попросили мира, и псковичи подчинились ордену, и тогда был заключен мир с русскими. Князь Герпольт согласился на то, чтобы замок и город и все прилежащие земли перешли в руки ордена и их жители стали христианами. Магистр занял город и замок христианским отрядом [во главе] с двумя своими , и все возносили хвалу богу и его пречистой матери за большую победу и возвратились в Ливонию.

Во времена этого магистра Конрада был большой город на Руси, называемый Новгородом, и там был князем Александр. Он узнал, что псковичи перешли под власть Тевтонского ордена, во времена магистра Германа фон Зальца, как выше описано. Этот князь Александр собрался с большим войском и с большой силой пришел к Пскову и взял его. Несмотря на то, что христиане храбро оборонялись, немцы были разбиты и взяты в плен и подвергнуты тяжкой пытке, и там было убито семьдесят орденских рыцарей. Князь Александр был рад своей победе, а со своими людьми, которые там были убиты, стали мучениками во имя бога, прославляемыми среди христиан».

В том же году (1204). Константинополь, построенный Константином Великим и до сих пор бывший непобедимым городом, был осаждён и захвачен. (Полная версия взятия Царьграда в изложении хрониста Кёльна — здесь, 0.4 Mb)

В год Господа 1240 император возвращается из Апулии, приводит в порядок империю, увеличивает свою казну собранными там деньгами и собирает сильное войско. Летом он спешит в Лангобардию, победоносно овладевает Равенной, которая отошла от него, а также осаждает Фавенцию (22 августа). хватает около 70 горожан и велит повесить их перед городом. В то же время император задерживает три корабля венецианцев, у которых захватывает 70 000 марок.

Разозлившись, венецианцы разоряют побережье Апулии и сжигают три селения императора. Это привело императора в такую ярость, что сына их герцога, который был подестой миланцев и во время войны императора с Миланом попал к нему в плен, он повесил на высокой башне около Транума, города в Апулии, завернув в шкуру, чтобы его тело подольше разлагалось и все проходящие мимо видели это зрелище.

В том же году (1241) до нас дошёл слух о страшном испытании христианского народа вторжения тартар, известия о жестокости которых режут наш слух и заставляют содрогаться сердца. Этот народ, который, как рассказывают, появился из отдалённой области Скифии, находящейся далеко за Меотийскими болотами (за Азовским морем), покорил множество народов, живущих за морем и у моря, после этого завоевал государство русов и в этом году во время поста вторгся в Польшу, опустошил, разграбил и предал огню очень большую часть ее территории. Этот народ свирепствовал повсюду, не щадя никаких сословий и никаких духовных званий. Герцог Генрих Фратисловский мужественно оказал им сопротивление вместе с другим герцогом (Болеславом — Прим. ред.), но был побеждён (9 апреля, при Легнице). При этом сами герцоги и многие храбрые рыцари лишились жизни, а голову герцога враги отрезали и увезли с собой.

Пройдя Польшу этот народ напал на Моравию и, о чем невероятно слышать, за один день и одну ночь преодолел расстояние четырех дней пути, переправившись при этом через бурные реки. Они разорили всю Моравию, за исключением крепостей и укреплённых поселений. При этом набеге они затронули границы Мейсенского епископства, лишив жизни очень многих людей. Оттуда они вторглись в Венгрию, где, объединившись с кровожадным народом команов (Половцев), со страшной жестокостью разорили страну. Король Венгрии (Бела IV) оказал им сопротивление и, собрав свои войска, с очень сильным отрядом расположился на берегу реки (Шайо — правый приток Тисы).

Тартары с команами ночью, едва забрезжил рассвет, коварным маневром переправились через реку выше и ниже по течению и неожиданно напали на венгров. При этом со стороны венгров погибло около 60 000 человек, среди которых лишились жизни два епископа и много немецких и вельшских дворян, а также большое количество простого народа. Король Венгрии с немногими спутниками насилу сумел уйти. Сразу после этого тартары зверски опустошили всю остальную территорию Венгрии, уничтожили и изгнали ее жителей. Не удивительно также, что во всем государстве не осталось почти ни одного защищённого стенами города и ни одной укреплённой крепости.

Мы много расспрашивали о происхождении, обычаях и образе жизни этого варварского народа, о невероятных и крайне бесчеловечных поступках, но поскольку у нас еще нет достоверных сведений, мы считаем преждевременным об этом писать, пока не узнаем всю правду. Только тогда мы сообщим о них в отдельной части.

Король шерифу привет. Прикажи А., чтобы он по справедливости вернул В. одну гайду (48,56 га — Прим. ред.) земли в деревне, так как этот В. жалуется, что вышеуказанный А. насильственным образом удерживает её, и если он не вернет [эту землю], то вызови его через верных посыльных, чтобы он явился передо мной или моими судьями на девятый день Пасхи и дал объяснение, почему он не вернул [землю], и представь туда имена посыльных и настоящий приказ.

Король, бейлифам своим в маноре А. привет. Приказываем Вам, чтобы без промедления и согласно обычаю нашего манора А. Вы восстановили бы L. полностью в правах на владение усадьбой со всем к ней относящимся в J., которую G. у него отнял силой, с тем, чтобы мы больше не слышали бы жалоб на нарушения права.

Уолтер де Ротбир возбудил иск против Матильды де Мултон и 20 других лиц по обвинению в разрушении его изгороди в вилле Коместоркби. Ответчики заявили, что они имеют в этом месте общинное пастбище (communia) и поэтому недавно разрушили [изгородь]. Вышеуказанный Уолтер заявил, что он является лордом этой виллы Коместоркби и возвел вышеупомянутую изгородь на своей собственной земле.

Присяжные показали, что он произвел огораживание с целью расширения своего парка и что ответчики недавно сломали эту изгородь. При этом они показали, что ответчики в этой вилле имеют достаточно общинных угодий за пределами этой изгороди.

Поэтому судебное решение было принято в пользу Уолтера, против вышеуказанной Матильды.

Рим заочно продал Тевтонским рыцарям то, что ему не принадлежит — Новгородские земли, о них речь. Мало им показалось 1242 года!

Епископ Александр, раб рабов Божиих, детей возлюбленных. магистра (Гартмуд фон Грюнбах — Прим. ред.) и братьев Тевтонского Иерусалимского госпиталя пресвятой Марии (Официальное название тевтонов) приветствует и шлет апостольское благословение.

Как явствует из дел ваших, вы неустанно печетесь о том, чтобы распространить католический обряд как на востоке, так и в Пруссии и Ливонии и в сопредельных с ними землях во славу Божию, и престолу апостольскому угодно воздать вам, чтобы вы осуществляли это со все большим рвением.

Посему мы, внимая вашим просьбам, все земли, замки, деревни и города и прочие места в Русции, которые будут пожалованы их владельцами или отойдут по закону, или занятые безбожными татарами, если сможете отнять у них, впрочем, с согласия тех, к кому, как известно, они относятся, отныне по праву признаем собственностью святого Петра и после того, как они примут обряд христианский, объявляем под особой протекцией и защитой апостольского престола во веки веков и жалуем их вам и дому вашему со всеми правами и доходами и десятинами навеки в свободное владение, причем эти земли, замки, деревни или города и местности ни вы и никто иной никогда не должен передавать во власть другого.

Но мы желаем, чтобы епископ и прочие служители церкви или клирики вышеупомянутой Русции, навсегда вернувшись к единству веры и повиновению святой римской Церкви, уже не принадлежали бы к греческим схизматикам и не служили бы постыдно их обряду и распустили всех их духовных лиц. И ни одному человеку не следует этот лист нашей протекции и покровительства нарушать или осмеливаться безрассудно выступать против него. Покусившийся на это навлечет на себя гнев всемогущего Бога и его святых апостолов Петра и Павла. Дано в Ананьи, в VIII Календы февраля (23 января), шестой год понтификата нашего.

Смотрящие и чиновники всё, что было в собственности государства, приватизировали, но что было толку от того? — пахотные земли превратились в пустоши (таких пустошей в 2010 году в России было больше территории Франции!). Итог был плачевен!

[Год] , год Чжи- (30/I 1207 — 18/I 1208 г.). Осенью, в луну (25//IХ). В том же году король, видя, что [повсюду] воры и разбойники поднимаются, как пчёлы, стал раскаиваться в прошлых ошибках и поэтому издал указ: «Мы, приняв великое дело [правления] в малолетстве и находясь вдали, во дворце, не понимали трудностей в делах народа, принимали советы низких людей и тем самым навлекли на себя недовольство в низах. Если у народа накопилось недовольство, то на кого у нас будет опора! Ныне [мы], исправив свои ошибки, обновимся и будем относиться к народу! Если земли или имущество конфискованы в пользу казны, то [мы приказываем] возвратить их полностью [прежним владельцам]!»

[Год] , год Чжи- (19/I 1208 – 5/II 1209 г.). Был большой голод, и умершие голодной смертью валялись друг на друге.

В июле епископ Базельский и наместник Эльзасский вместе с воинством двинулись в Австрию к королю Рудольфу. 17 марта в городе, называемом Аахеном пал граф Юлихский с двумя сыновьями, тремя сотнями рыцарей и многими другими слугами.

Владетель Глирса (Миннезингер — Прим. ред.) разграбил долину Зорнегау и умертвил троих дворян.

Граф Эгино Фрайбургский похитил у жителей Оффенбурга (Южнее Келя — Прим. ред.) вблизи городских ворот двадцать лошадей; однако жители погнались за ним и вступили в стычку, при которой с обоих сторон многие были ранены.

Кому не противна эта кунсткамера озверевших хомотриалов и смотрящих «Европейского Чикаго XIII века», можно заглянуть в продолжение — здесь, 0.9 Mb

[Крестоносцы] готовились и грузились суда. Там было 40 нефов, 62 галеры и 100 юисье. Флот отплыл в октябрьские календы (1 окт. 1202). подплыли к Заре (Задар, Хорватия — Прим. ред.). осадили Зару со всех сторон, с суши и моря. Они воздвигли более 150 осадных машин и мангонелей, а также лестницы, деревянные башни и многочисленные военные приспособления. Они также сделали подкоп под стену.

Увидев это, горожане Зары сдали город на пятнадцатый день, в итоге сохранив только свои жизни, а все имущество передав дожу Венеции. Дож (Энрике Дандоло — Прим. ред.) сохранил половину города лично для себя и своих людей; другую половину он отдал пилигримам (1 января 1203 г.). Они беспощадно разграбили город.

В июльские календы (1 июля 1203) корабли прибыли в Константинополь и причалили с боем, ибо император вышел против них со всем войском. Император (Алексей IV — Прим. ред.) бежал в город со всеми своими силами; мы осадили город. Однако так случилось, что в понедельник после «Ad te levavi» (1 дек. 1203) в Константинополе греки снова были вовлечены в возмущение против латинян.

Пилигримы ходили (в январе 1204 г.) по окрестным областям на расстояние двухдневного пути. Они собрали значительную добычу; они пленили людей; они привели с собой стада и отары и собрали всё, что только смогли найти, чем причинили существенный ущерб грекам. Когда греки увидели это, а именно то, что их земля разорена, они схватили своего императора и бросили его обратно в тюрьму и поставили Мурзуфла (Алексея V Дуку — Прим. ред.).

Тем временем господин Анри, брат графа [Фландрии], в сопровождении большого числа рыцарей и пехотинцев, направился к некоему замку, называемому Филиа (Близ Босфора — Прим. ред.), захватил его, и возвратился с большим количеством пленных и добычи. Когда он возвращался, названный Мурзуфл устроил ему засаду из 15 000 воинов (реально — до 1 000). Сошедшись, они сразились с Мурзуфлом, и тот был побеждён, и множество греков было убито.

Сам Мурзуфл был ранен и едва спасся. Он спрятался в кустах шиповника и потерял свою лошадь и все имперские регалии, а именно корону и копьё, и некую икону Пресвятой Девы, полностью состоявшую из золота и драгоценных камней. По традиции её всегда носили перед василевсами в битвах. Со славным исходом битвы господин Анри возвратился к войску. Мурзуфл ночью вернулся в город и, взяв императора Алексея ( ) из тюрьмы, удавил его в петле.

На следующий день (13 апр. 1204) все греки пали к ногам маркиза и отдали себя и своё имущество на его милость. Затем мы разграбили жилые дома, и греки бежали из города. Мы собрали всю свою добычу и богатства в одно место и наполнили серебром три больших башни. начали делить общую добычу и раздавать, как бы в предоплату, двадцать марок каждому рыцарю, десять марок каждому клирику и вооружённому всаднику и пять марок каждому пехотинцу.

После того как маркиз (Граф Шампанский — Прим. ред.) взял крест, он обратился к баронам: «Сеньоры, — сказал маркиз, — куда бы вы хотели направиться и в какую именно землю сарацин хотели бы пойти (Пограбить — Прим. ред.)?»

Бароны отвечали, что они не хотят идти в Сирию, ибо не смогут там добиться никакого толка, но они полагают отправиться в Вавилон (Крепость окрест Каира — Прим. ред.) или Александрию, в глубь страны сарацин, где могли бы причинить им наибольшее зло; и они имеют намерение нанять флот, который перевез бы их туда. Тогда маркиз сказал, что это хороший замысел и он охотно присоединяется к нему.

Старик — пожизненный дуче Венеции — решает к случаю свести счеты и с торговыми конкурентами-хорватами, и с Царьградом. На деньги и свои, но, главным образом, французов (см. ст. 1 и 2 в ). Но те пока не догадываются. Потом они — и морпехи Венеции, и крестоносцы — все дружно забудут и про Иерусалим, и про «святые цели»

Перед тем, как началась большая обедня, дож Венеции, которого звали Энрико Дандоло, взошёл на амвон и молвил народу, и сказал ему:

«Сеньоры, отныне вы соединились в союз с самыми лучшими на свете людьми и ради самого высокого дела, которое предпринималось. Я уже стар и немощен и нуждаюсь в покое (Дожу было 92 года — Прим. ред.); к тому же мое тело изувечено. Но тем не менее я вижу, что нет среди вас никого, кто мог бы управлять и повелевать вами в этом деле, как я, ваш государь. Если вы дозволите, чтобы я взял крест, дабы оберегать и вести вас, и чтобы на своем месте остался мой сын и защищал бы страну, тогда я отправлюсь жить или умереть вместе с вами и пилигримами».

И когда они это услышали, то вскричали все в один голос «Богом просим вас поступить именно так и отправиться с нами»

Народ той земли и пилигримы были весьма тронуты всем этим, и много было пролито слез, ибо сей почтенный старец имел такие веские причины оставаться дома: ведь он был в преклонных годах, и на его лице были прекрасные очи, коими, однако, он ни капли не видел, потому что потерял зрение от раны в голову (Дуче был ослеплён в Царьграде — Прим. ред). Это был муж поистине великой души!

[Дож Венеции к французам:] «Сеньоры, мы завоевали этот город милостью Божьей и вашей. Наступила зима, и мы не сумеем двинуться отсюда раньше Пасхи, ибо мы не найдем ни в другом месте рынка, где могли бы брать съестное; а этот город весьма богат и в избытке обеспечен всяким добром; его надвое, и мы возьмём себе одну половину, а вы другую»

Как порешили, так и сделали. Венецианцы получили часть города вблизи гавани, где стояли суда, а французы получили другую часть. Так всю эту зиму пребывала французская рать в Задаре, супротив короля Венгрии (Прежнего хозяина города — Прим. ред.).

Другая же сторона (Среди пилигримов — Прим. ред.) отвечала им: «Добрые сеньоры, в Сирии вы ничего не сможете сделать, и вы скоро убедитесь в этом сами, увидев тех, которые оставили нас и отправились в другие гавани. И знайте, что Заморская земля будет отвоевана не иначе как через Вавилонскую землю или через Грецию, если вообще будет отвоевана; а коли мы откажемся от этого соглашения, то навсегда будем опозорены».

Неподалеку отсюда имеются острова (К ю.-в. от Царьграда — Прим. ред.). остановимся в гавани и заберём зерно и всякую провизию в этой стране; и когда у нас будет достаточно запасенной провизии, то двинемся к городу и содеем то, что предначертал наш Господь. из снопов сжатого хлеба, которые были среди полей, каждый взял себе, сколько хотел взять, ибо они испытывали в нём большую нужду.

Тогда возгласили по всему войску от имени маркиза Монферратского, который был предводителем войска, и от имени баронов, и от имени дожа Венеции, чтобы все добро было снесено и собрано воедино, как о том было договорено и скреплено клятвой, чтобы это было сделано под страхом отлучения. А места были определены в трёх церквах, и там поставили охрану из французов и венецианцев, самых честных, каких могли сыскать. И тогда каждый начал приносить добычу и складывать вместе. Кто приносил сполна, а кто — утаивая, ибо алчность, которая есть корень всех зол, не оставляла их.

И вот деньги и добыча были собраны воедино; и знайте, что принесено было не всё, ибо довольно нашлось там таких, которые удержали из добычи, невзирая на угрозу отлучения апостоликом.

То, что было принесено в церкви, было собрано и разделено пополам между франками и венецианцами так, как о том все и поклялись. И знайте, что когда они поделили добычу, то пилигримы уплатили из своей доли 50 тыс. марок серебром венецианцам; а чуть ли не 100 тыс. марок из нее же они поделили между своими людьми. И знайте, каким образом: двое пеших оруженосцев получили столько же, сколько один конный оруженосец, а два конных оруженосца — столько же, сколько один рыцарь. И знайте, что никто, какого бы он ни был ранга и какие бы ни имел заслуги, не получил больше, чем сколько было решено и установлено, если только не было украдено.

И знайте, что над ворами, теми, кто был уличен, учинили великий суд; и многих повесили. Граф де приказал повесить со щитом на шее своего рыцаря, который утаил .

Тогда приступили к разделу земель. Венецианцы получили свою долю, а воинство пилигримов — остальную. Тогда император Бодуэн дал графу Луи герцогство Никею, которое было одним из наиболее знатных фьефов в земле Романии и находилось по другую сторону Рукава, в направлении к Тюркии.

Силою бога все земли, начиная от тех, где восходит солнце, и кончая теми, где всходит, пожалованы нам. Кроме приказа бога так никто не может ничего сделать. Ныне вы (Обращается к Папе Римскому — Прим. ред.) должны сказать чистосердечно «мы станем вашими подданными, мы отдадим вам все свое имущество». Ты сам во главе королей, все вмеcте без исключения, придите предложить нам службу и покорность. С этого времени мы будем считать вас покорившимися. И если вы не последуете приказу бога и воспротивитесь нашим приказам, то вы станете (нашими) врагами. Вот что Вам следует знать. А если вы поступите иначе, то разве мы знаем, что будет, одному богу это известно.

В последние дни года 644.

Шведы пошли на Новгородскую империю. Напрасно. Так Александр стал Невским, но, правда, было это в 1240 году (как считается), а не в 1241, как думал летописец.