Откуда берется гомофобия и почему быть гомофобом неестественно

Обычно положению гомосексуалов в нашем обществе не позавидуешь. Но был период, когда я так устала от отношений с «не теми парнями», что очень хотелось бросить эту канитель, стать лесбиянкой и зажить наконец счастливой семьей с человеком, который меня по настоящему понимает, — любимой лучшей подругой. Благо, счастливых однополых семей в нашем кругу было немало, и мы обе им ужасно завидовали.

Но ничего не получилось. Это была не та любовь. Хотя мы честно старались и как-то раз даже целовались, предварительно напившись для храбрости. Было смешно, но нет. Пришлось остаться друзьями и ждать своих «тех парней», тем более что они, как оказалось, уже были близко.

Однополые отношения довольно популярны, в том числе в нечеловеческой природе. Некоторые люди рождаются с прошитым в гипоталамусе влечением к своему полу — и с этим ничего нельзя поделать. Попыток лечения хватало, но все они терпели неудачу разной степени трагичности. И наконец в середине прошлого века ВОЗ официально признала гомосексуальность вариантом нормы, исключив ее из Международной классификации болезней. Соответственно, нормой быть перестали все попытки это оспорить. Поскольку большинство людей довольно смутно представляют, откуда вообще берется гомосексуальность, в этом выпуске «Все как у зверей» я рассказала, как так получилось, что некоторые предпочитают партнеров своего пола. Никаких эмоций, только факты.

Итак, в дикой природе существует примерно полторы тысячи примеров гомосексуальности — и ни одного примера гомофобии. Это дало повод самым горячим комментаторам предположить, что гомофобия и есть то главное, что отличает нас от животных, — как компьютеры, космические технологии и грамматика китайского языка. Идея интересная, но чтобы понять, есть ли от этого отличия какая-то польза, посмотрим на него поближе.

Впервые термин «гомофобия» появился в 1972 году в книге «Общество и здоровый гомосексуал» американского психиатра Джона Вейнберга. Этим словом он назвал страх контакта с гомосексуалами или их неприятие самих себя. Позднее термин был уточнен в резолюции Европарламента 2006 года «О гомофобии в Европе»: «Иррациональный страх и неприязнь к гомосексуалам, основанный на предубеждении, подобному расизму, ксенофобии, антисемитизму и сексизму». Когда вы говорите: «У меня нет никакой гомофобии, я же их не боюсь, просто они меня бесят» — это гомофобия и есть. При этом следует отличать гомофобию от гомонегативизма, когда человек просто дистанцируется от темы однополых отношений, но лично ничего против не имеет.

Гомофобия же от гомосексуальности не дистанцируется, а, наоборот, уделяет ей максимум внимания. Комментарии гомофобов даже к самым невинным темам содержат физиологические подробности такой удивительной страсти и силы воображения, что впору позавидовать, но как-то стыдно.

Если вы гомосексуал, значит, вы таким родились из-за комбинации ваших генов с гормонами матери во время ее беременности. Это естественно, необратимо и даже как-то скучно. Поэтому пропаганда гомосексуальности не работает. Совсем. Но если вы гомофоб, значит, вы таким стали из-за комбинации вашей психики с вашим социальным опытом. А психика и опыт — это уже гораздо интереснее.

Кто или что может сделать вас гомофобом? Вариантов много. Например, гомофобию можно унаследовать от родителей, но не через гены, а через мемы, устойчивые идеи. Если ваш папа говорил, что сильно не любит геев, у вас есть неплохие шансы начать говорить так же. Если, конечно, вы хотите быть похожим на папу.

Стать гомофобом по силам не каждому. Нужно иметь некоторые склонности и таланты, а других склонностей и талантов, наоборот, не иметь. В России выраженных гомофобных позиций придерживается чуть больше трети людей, при этом сторонников преследования гомосексуалов значительно больше среди тех, кто имеет минимальное образование. И эта треть гомофобов своей активностью настолько затмевает всех остальных, что создается впечатление, будто их гораздо, гораздо больше. Здесь работает когнитивное искажение, вызванное избирательностью нашего внимания к негативным факторам. Если вам покажут десять адекватных людей и одного неадекватного, угадайте, кого вы запомните лучше?

Если вы гомофоб, то, скорее всего, вы мужчина. Но не всякий, а с токсичной маскулинностью или неудовлетворенной потребностью доминирования в мужском коллективе. И не исключено, что гомофобия указывает на вашу связь с карцерной культурой — интересу к тюрьмам и прочим суровым закрытым заведениям. В этой культуре гомосексуальные акты работают на закрепление иерархии подчинения, где у «настоящих» мужчин есть право доминировать над «ненастоящими». Для носителей карцерной культуры характерны два момента. Во-первых, их гомофобия распространяется только на пассивного участника — из-за страха оказаться на его месте. К активной стороне у них никаких претензий. Вторая особенность — в их представлениях гомосексуальные отношения не могут быть добровольным и обоюдно приятным актом любви. Только боль и унижение. Нет, ваша гомофобия еще не означает, что вы были в таких заведениях лично. Возможно, это просто влияние вашего окружения.

Гомофобия иррациональна, она основана не на фактах, а на предрассудках. Но поскольку ее носители, как правило, не очень сильны в аналитике, они могут искренне полагать, что их неприязнь логически обоснована. Например, они говорят, что «гомосексуализм вреден, потому что у геев не может быть детей», вероятно, путая гомосексуальность с бесплодием или идеями чайлдфри. На самом деле ориентация не влияет на желание завести детей — и гомосексуалы становятся отличными родителями как усыновленным, так и своим собственным детям.

Впрочем, сама идея деторождения как главного смысла человеческого существования — это проявление «социального скотоводства», как исчерпывающе назвал эту полоролевую парадигму минский коллега Валентин Конон. В мире удлиняющейся жизни и снижающейся смертности важно не много плодить, а хорошо воспитывать.