Дима Зицер: «Сумасшедшее счастье, когда тебя любят не за оценки, а просто так»

Стоит ли говорить с детьми как со взрослыми? Почему мороженое перед обедом можно, а заставлять подростка писать СМС, когда он задерживается, бессмысленно? Об этом педагог Дима Зицер рассказал на лекции «Как начать отношения с ребенком с чистого листа?». Пересказываем основные моменты. Форма, конечно, от этого страдает: Диму надо слушать живьем, каждая его лекция — маленький стендап. А вот суть мы постарались сохранить.

Еще недавно — что такое пара веков для истории? — отношение к детям было сугубо прагматичным: либо как к рабочей силе, либо как к кукле, которую можно нарядить и покрасоваться перед гостями. Эдакий недочеловек, которому надо поскорее вырасти лет хотя бы до семи, чтобы приступить к своим обязанностям. Участь незавидная: маленький работник или игрушка, ребенок в любом случае считался собственностью взрослого и был абсолютно бесправным существом. Родители могли не только жестоко наказывать, но и распоряжаться жизнями детей.

Казалось бы, кошмар и варварство. Но так ли сильно изменилось отношение к детям в наши дни? Считаем ли мы их полноценными людьми?

Если да, то откуда вот это: «Нужно вырасти и стать человеком»? Такой подход культивировался в советское время (взять хотя бы книгу «Баранкин, будь человеком!» и фильм «Приключения Электроника»), процветает он и сейчас. Дети растут в этой системе координат, но главное — они сами с этим согласны. С тем, что они пока никто, что надо вырасти, чтобы стать настоящими людьми.

Думающие, сознательные родители могут возмутиться: нет, все не так, мы видим в своем ребенке личность! И все же нет-нет да и проскакивает что-то вроде: ну вот когда он подрастет и с ним уже можно будет разговаривать как со взрослым…

А разговор с ребенком «как со взрослым» — в корне неверный подход: во-первых, он не взрослый. Во-вторых, получается, что говорить с ним как с ребенком не интересно, он пока не заслуживает внимания, не дотягивает.

С ребенком можно говорить на равных: как с цельной личностью. Только вот стоит ли? Мы разные, и в этом вся прелесть. И детям вы прежде всего нужны как родители, а не как собеседники-сверстники. Это задает рамки, которые им необходимы. Главная же родительская задача — сделать так, чтобы ребенок понял: он самостоятельная, цельная личность. Понял и поверил в это.

Многие родители путают понятия. «У нас с ребенком доверительные отношения!» — гордо заявляют они. Только вот так ли это? Доверительные отношения — улица с двусторонним движением, поэтому если ребенок делится с вами всеми своими переживаниями и секретами, а вы со своей стороны не считаете нужным с ним откровенничать, их такими вряд ли можно назвать.

Впрочем, начать выстраивать такие отношения можно. Хотите, чтобы дети рассказывали вам о себе, о том, что у них происходит, что они чувствуют? Рассказывайте им о себе. Таким образом вы создаете модель, которой они следуют.

Ситуация, знакомая большинству родителей подростков: ребенок обещал вернуться с прогулки в 23:00. Первый час ночи, а его все нет. Мать или отец на грани истерики, и тут чадо наконец появляется — совершенно беспардонно счастливое.

Как поступает «настоящий родитель»? Немедленно портит ребенку настроение. Сажает под домашний арест, отбирает телефон — способов уйма. Но это худшее, что можно сделать. Давайте разберемся в том, что происходит. Почему он пришел в час ночи? Потому что ему было хорошо! И вы действительно хотите испортить настроение любимому человеку? Он наконец дома, с ним все в порядке — это повод успокоиться, а не повышать градус.

Да, вам, родителю, было плохо. Вы боялись так, что функционировали в «животном режиме»: у вас перехватывало дыхание, холодели ладони, пересыхало во рту, замирало или, наоборот, начинало учащенно биться сердце, появлялась испарина. И это нормально. Это проявление родительского инстинкта. Но важно понимать: это ваше чувство, а значит, вам им и заниматься. А то, что «если он придет раньше, я не буду бояться», лишь иллюзия. Будете бояться, просто чего-то другого.

Поняв, что дело в вашем страхе, можно пойти животным путем, ограничить свободу ребенка, а можно договориться. Надо помнить, что договоренность предполагает взаимовыгодные условия. Большинство договоров с детьми устроено так: «Давай ты сейчас поешь, а потом будешь делать то, что хочешь, — договорились?» И далее: «Ну еще ложечку! Но мы же с тобой договаривались. » Но нет, в такой ситуации ребенок ни о чем не договаривался. Это манипуляция, обман: взрослые выдали давление за договор.

«Ты пойдешь, если будешь писать СМС» — это не договор, а попытка продиктовать свои условия. Куда честнее признаться ребенку: «Ты знаешь, я очень за тебя боюсь. У меня к тебе просьба: чтобы мне было спокойнее, звони или пиши мне, пожалуйста». Такая просьба дорогого стоит.

«Дай им волю, дети бы ели одно только сладкое», — вздыхают родители. Во-первых, это не так, не все дети готовы питаться сладким с утра до вечера. Во-вторых, если ребенок любой другой еде предпочитает сладости, значит, его этому кто-то научил. Значит, в семье из сладкого сделали объект вожделения. И это не повод возмущаться или сердиться — это отличная возможность поговорить. Используйте любовь ребенка к сладкому как предлог для разговора.

Кроме того, активно вовлекайте его в процесс выбора продуктов и готовки. Берите его с собой в магазин, иначе как он научится выбирать? Не заставляйте малыша просить:

— Мама, а можно мне чупа-чупс? — и не злоупотребляйте своим правом ответить «нет».

Коробочка, которую ребенок берет с полки и кладет в вашу общую корзину, считается его покупкой. Все, что вы можете, — спросить у него, что это, зачем это ему и уверен ли он в своем выборе.