научная статья по теме КРАЙНИЙ ИЛИ ПОСЛЕДНИЙ? Языкознание

Текст научной статьи на тему «КРАЙНИЙ ИЛИ ПОСЛЕДНИЙ?»

Крайний или последний?

Исчерпывающе объяснить причины возникновения, распространения и живучести лингвистических мифов - дело психолингвистов будущих поколений. В данных заметках демонстрируется, во-первых, бытование одного из таких мифов в современном речевом обиходе, а во-вторых, отношение к данному явлению специалистов, прежде всего - практических лексикографов.

Ключевые слова: язык СМИ, лингвистический миф, гиперкоррекция, многозначность слова, лексическая ошибка, семонимические словари.

Непревзойденный мастер научно-популярного жанра в отечественной филологии Лев Васильевич Успенский в своем классическом труде «Слово о словах» еще в 50-е годы прошлого века прокомментировал входившее тогда в моду просторечное употребление прилагательного крайний вместо последний следующим образом: «Лексикограф не может признавать слово литературным, ссылаясь на его широкое устное применение. Тысячи людей говорят "Кто тут крайний?", подойдя к оче-

реди за газетами. Языковед обязан понять, что это словоупотребление не может быть признано правильным и литературным (. >. У каждого ряда предметов, по крайней мере, два края, и слово "крайний" стало употребляться тут по нелепому недоразумению».

Нелепое недоразумение подспудно продолжало бытовать все последующие десятилетия, а в нынешние времена произошло, можно сказать, его второе пришествие. Особенность современного этапа в том, что если когда-то моду на вопрос «кто крайний?» формировали не шибко грамотные носители городского просторечия, то сегодня данная лексическая ошибка - это, скорее всего, явление своеобразной, сознательной гиперкоррекции в речевой практике грамотных людей.

Не случайно расширительное употребление прилагательного крайний пропагандируют (часто с корректирующим нажимом) известные медийные лица, в том числе имеющие элитарное филологическое образование. Так, настойчиво насаждается лексическая ошибка на телевизионном канале «Россия 1»: «А сейчас не последний, а, как меня уже поправляли, крайний танец»; «Крайний танец понравился» (Танцы со звездами. 2010.

28 марта. М. Галкин); «Мы с замиранием сердца следили за этой крайней поддержкой» (Танцы со звездами. 2013. 9 нояб. М. Галкин).

В том же ключе ориентированы и популярные ведущие Первого телеканала: «Это у нас последняя, как говорят, крайняя, передача» (Вечерний Ургант. 2013. 26 апр. И. Ургант); «В крайнем конкурсе победу одерживает сборная российских городов. "Последний" актеры не говорят» (КВН. 2013. 4 авг. Д. Нагиев).

Не отстают от телеведущих и приглашенные члены жюри: «Спрашиваю тебя в самый последний, крайний раз» (Модный приговор. 2013.

29 окт. Н. Бабкина); «В крайний раз я оцениваю великих артистов» (Один в один. 2013. 19 мая. А. Ревва).

Просочилось новомодное словоупотребление и на другие телеканалы: «Этот полет был крайним в этом году» (Россия 24. Вести); «Я в квартиру, из которой был крайний заказ» (5 телеканал. След) и т.д.

Особенно массированно с чьей-то нелегкой руки внедряется просторечный лексический вариант в сознание слушателей «Эха Москвы» -радиостанции, где еженедельно выходит просветительская передача «Говорим по-русски» с ортологическим уклоном. В прямом эфире то и дело возникают диалоги типа: «- На последних выборах. - На крайних, крайних!» (Утренний разворот. 2013. 21 февр.); « - Сколько был ваш брак с последней женой? - Не с последней, а с крайней! - Да, с последней» (2011. 26 июня. 17:25); «Ну, не последний, а крайний митинг на Манежной» (2012. 14 марта).

Эпизодически называют последнее «крайним» и мастера эфира на «Авторадио»: «Крайняя неделя у нас перед отпуском» (2013. 16 июля. М. Брагин).

В письменных художественных текстах анализируемая нелитературная новация встречается пока значительно реже, причем обычно в речи персонажей, например: «Папироской не угостишь? Но эта крайняя, больше мне не давай, как бы ни просил» (Д. Глуховский. Метро 2034).

Почему наше время стало благодатной почвой для реанимации и пропаганды просторечного словоупотребления, более чем полвека назад отвергнутого общерусской речевой практикой?

Думается, что оно всплыло на волне апокалипсической моды на всяческие суеверия, органичные в первую очередь для такой сферы, как экстремальная деятельность. Об этом говорят следующие свидетельства: «Как большинство парашютистов, я не бреюсь перед полетом. А сам прыжок никогда не называю последним, всегда говорю "крайний"» (Источник новостей. 2013. 14 сент.); «Работая в авиационном музее, ветеран строго поучал молодых курсантов: - Никогда и нигде не говорите слово "последний", только "крайний"» (Жизнь. 2013. № 42).

Для понимания «траектории» модной волны показательно признание эстрадной певицы Лолиты Милявской: «Вообще всех тех, кто работает на сцене, а особенно цирковых артистов, приучили никогда не говорить слово "последний". Надо говорить "крайний". Поэтому Дима - моя крайняя любовь, мой крайний муж» (Конкурент. Киров. 2012. № 41). Не захочется ли «новаторам» переиначить названия нашумевших книг В.В. Жириновского «Последний бросок на юг» (1993) и «Последний вагон на север» (1995)?

Незавидна, наверное, в таком случае и судьба нашей классической поэзии: «Последняя туча рассеянной бури» (А.С. Пушкин); «Последний день сверкал мне в очи; Последней ночи встречал я тень» (А.И. Полежаев), а также известнейших песен: «Последний герой» (группа «Кино»); «Последний и решительный бой» («Интернационал»); «Последний парад наступает» («Варяг»).

В чем лингвистическая подоплека описанного аномального явления? Если коротко, то запрет на употребление якобы «обидного» и «зловещего» прилагательного последний вызван неправомерной абсолютизацией некоторых значений этого многозначного слова.

В числе переносных, вторичных значений слова последний отечественные толковые словари фиксируют, в частности, следующие. Во-первых, это «низший в ряду подобных, самый незначительный из всех; очень плохой». Оно иллюстрируется примерами типа: рукоприкладство - последнее дело; вести себя как последний подлец; ругаться последними словами. Во-вторых, это «предсмертный» или «совершаемый при похоронном обряде», например: пришел мой последний час; отдать последние почести.

Мотивированная соображениями психолингвистической гиперкоррекции, произвольная, индивидуально-авторская абсолютизация

именно данных, «негативных», оттенков значения этого полисемантичного прилагательного порождает у определенных языконосителей и в определенных ситуациях желание табуировать это слово, заменить его другим, не имеющим нежелательных коннотаций (прямо скажем, искусственных, надуманных), - словом необидным и нестрашным.

Что касается прилагательного крайний, то словари отмечают такие его значения, как: 1. Находящийся с краю (крайнее окно); 2. Чрезвычайный, предельный (крайняя нужда, крайнее возмущение); 3. Радикальный, идейно непримиримый (крайний правый). Устойчивые обороты с прилагательным крайний (в крайнем случае, по крайней мере, делать крайним, крайняя плоть, Крайний Север) находят отражение в современных толковых и фразеологических словарях лишь частично.

Обиходное употребление названного прилагательного в значении «тот, который стоит последним в очереди (кто здесь крайний?)», отмечают лишь некоторые лексикографические издания последних лет, например, «Большой толковый словарь русского языка» под редакцией С.А. Кузнецова (СПб., 1998). Такого вольного обращения со словом крайний, какое мы отмечали у работников современных электронных СМИ, составители словарей не предполагают вообще.

По мнению всех без исключения практических лексикографов, совершенно недопустима подобная замена прилагательного последний в тех значениях, которые были названы раньше: «низший в ряду подобных, плохой» и «предсмертный».

Проблемная лексическая пара «крайний - последний» является объектом рассмотрения в целом ряде ортологических словарей - в справочниках по культуре речи, словарях трудностей русского языка и тому подобных изданиях.

Так, от смешения названных прилагательных предостерегает «Словарь трудностей русского языка» Д.Э. Розенталя и М.А. Теленковой: «последний в очереди /не крайний/. Кто последний? /не кто крайний?/».

К.С. Горбачевич поместил слово крайний в свой «Словарь трудностей современного русского языка» в сопровождении показательного примера с недвусмысленным комментарием: «Не следует употреблять слово крайний по отношению к стоящим в очереди вместо последний. -Я спрашиваю, вы крайний в очереди? - Да, я последний, - вежливо улыбаясь, говорит он. В. Кунин. Настоящие мужчины».

Поскольку ошибочное словоупотребление было отмечено и в речи депутатов-парламентариев, авторы постперестроечного академического справочника «Культура парламентской речи» включают в список проблематичных слов прилагательное последний (последний месяц года, последний человек в очереди) с примечанием: «Не следует употреблять вместо этого слова прил. крайний в знач. "конечный в ряду однородных предметов, явлений"» (С. 277).

Характерная для наших дней экспансия адъектива крайний - ожидаемый предмет анализа для составителей семонимических (каковыми, например, являются в большинстве своем словари синонимов) и тол-ково-семонимических словарей. Напомним, что при семонимическом анализе критерием для исследователя является соотношение формы и содержания изучаемых языковых единиц. Этот подход определяется словоцентрической теорией вариантности в языке, которая изложена в моей статье «К типологии языковой вариантности» (Вопросы языкознания. 1983. № 2).

Массово проанализированный материал языка современных СМИ подтверждает, что объективной причиной лексических ошибок является сходство тех или иных языковых единиц друг с другом.

Внутренним, смысловым сходством обладают слова-синонимы (актер - артист, надеть - одеть), а также слова, обозначающие смежные понятия (профессия - специальность, смочь - суметь). Последняя категория слов обозначается исследователями как квазисинонимы, психологические синонимы и т.д.

Внешним, материальным сходством обладают паронимы, то есть од-нокоренные несинонимичные слова (встр

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

Пoхожие научные работы по теме «Языкознание»

ЗОЛОТОВА ГАЛИНА АЛЕКСАНДРОВНА, НИКИТИНА ЕЛЕНА НИКОЛАЕВНА, ОНИПЕНКО НАДЕЖДА КОНСТАНТИНОВНА — 2012 г.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎