Бытописатель революции – художник Иван Владимиров

До недавнего времени художник-баталист Иван Алексеевич Владимиров (1869-1947) был известен как автор картин и рисунков на историко-революционные темы, выдержанных в духе советского официоза. Его работы воспроизводились, например, в "Истории гражданской войны", изданной в СССР в 30-40-е годы.

Однако не так давно в интернете появилась серия акварелей Владимирова из американских собраний, которая совершенно перевернула представление об этом художнике. На его рисунках, относящихся к 1918-1923 гг., революция предстает не в пафосно-героическом, а в сниженно-бытовом, зачастую откровенно гротескном виде — пьяные красногвардейцы, солдаты-вандалы в Зимнем дворце, крестьяне, растаскивающие барское добро, хамоватые люмпены и прочие персонажи, хорошо известные по мемуарной литературе. В то же время картины жизни голодающего Петрограда потрясают своим глубоким трагизмом.

Как же попали рисунки Владимирова в Америку? Это отдельный, увлекательный сюжет.

Сожжение орлов и царских портретов 5 марта 1917 г. 1917.

Тревожные вести. 1917.

Сын русского и англичанки, Иван Владимиров свободно владел английским языком. До 1918 г. он был художником-корреспондентом двух иллюстрированных журналов — русской "Нивы" и английского "The Graphic". При этом свои рисунки для английского журнала подписывал: John Wladimiroff.

Практически всю свою жизнь художник провел в Петербурге – Петрограде – Ленинграде. Все события, имевшие место в "колыбели революции", происходили на его глазах. Согласно Википедии, в 1917-1918 гг. Владимиров служил в Петроградской милиции. Но, судя по рисункам, бывал он и в провинции, имея возможность наблюдать жизнь крестьян.

Так называемая "Красная гвардия" в Петрограде.Рисунок из журнала "The Graphic" от 19 января 1918 года.Источник: http://kapuchin.livejournal.com/776823.html

В 1921 г. в голодающем Петрограде начала работать ARA — Американская администрация помощи. Владимиров, как человек, знающий английский язык, принял в ней деятельное участие и близко сошелся с американцами — прежде всего с Фрэнком Голдером и Дональдом Рэншо. Также среди его друзей были люди, работавшие в России по линии YMCA — Спэрджен Милтон Кини (Spurgeon Milton Keeny) и Этан Теодор Колтон (Ethan Theodore Colton). Все четверо приобретали его рисунки, которые затем вывезли в Америку.

За подробной информацией об этих личностях отсылаю читателей к журналу ljwanderer ARA-персонажи.

Историк Фрэнк Голдер, специализировавшийся на изучении русско-американских отношений, в 1914 и 1917 гг. приезжал в Россию, где стал очевидцем революционных событий. В 1920 г. его привлекает к работе Герберт Гувер, задумавший создать при своей alma mater — Стэнфордском университете — научный институт, посвященный изучению Первой мировой войны и ее последствий. По заданию Гувера Голдер начинает скупать книги, периодику и разнообразные архивные материалы для института. В 1921 г. он едет в Советскую Россию по линии ARA, которой также руководил Гувер, и становится неофициальным посредником между большевиками и американским правительством (дипломатических отношений с США тогда не было).

Голдер был потрясен голодом в Петрограде и бедственным положением русского образованного класса. Видимо, это послужило побудительным мотивом для приобретения им акварелей Ивана Владимирова, изображающих ужасы военного коммунизма. Платил он художнику 5 долларов за рисунок из своих личных средств.

После отъезда Голдера из России в 1923 г. в связи с прекращением работы ARA, хлопоты по приобретению рисунков Владимирова взял на себя Спэрджен М. Кини. 26 июля 1923 г. он пишет Голдеру, что в коллекцию Гувера отправлено в общей сложности 30 работ художника и есть возможность приобрести еще десять. В письме от 21 мая 1924 г. Голдер разрешает Кини потратить 100 долларов на заказы для Владимирова, с расчетом, что в дальнейшем рисунки будут приобретены институтом Гувера.

Ныне 37 работ Владимирова находятся в архиве Гуверовского института, еще 10 — в собрании библиотеки Брауновского университета в Род-Айленде. Есть они также и в частных собраниях. В 1967 г. в США был издан фотоальбом "Russia in Revolution", в котором были воспроизведены рисунки Владимирова из собрания Брауновского университета.

Часть акварелей была нарисована художником специально для американцев, с подписями на английском языке. На одном из рисунков есть дарственная надпись: "To Mr. Renshaw a souvenir of the hungry years in Petrograd with my sincere regards John Wladimiroff 19 June 1923." (Г-ну Рэншо на память о голодных годах в Петрограде. С искренними пожеланиями Иван Владимиров 19 июня 1923 г.)

Фрэнк Голдер (справа) и Дональд Рэншо в Петрограде. 1923 г.

Напрашивается вопрос — а не был ли художник двуличен? Почему для советской власти он рисовал одно, а для американцев другое? Когда он был искренен?

Следует заметить, что плакальщиком по царским порядкам Владимиров никогда не был. Убежденный демократ, он принимал участие в уличных боях в Петрограде в 1905 г. и падение монархии в феврале 1917 г. встретил с энтузиазмом. Однако то, что последовало за октябрьским переворотом, не могло не вызвать у него ужаса и отвращения.

В начале 20-х годов Владимиров, подобно многим другим представителям русской интеллигенции, воспринимал безумные коммунистические эксперименты как временное недоразумение, которое рано или поздно должно закончиться. Но когда оказалось, что большевики — это всерьез и надолго, ему волей-неволей пришлось стать на путь конформизма и начать рисовать скучную советскую пропаганду. Вместе с тем, и в некоторых поздних работах художник не утратил острого взгляда, внимания к выразительным бытовым деталям.

Вандализм в Зимнем дворце. 1918.

Разграбление винной лавки. Петроград. 1919.

Изъятие банкнот и облигаций в банке Вавельберга (Невский просп., 25). 1919.

Крестьяне возвращаются после разгрома помещичьей усадьбы в окрестностях Пскова. 1919.

Сюжет повторен на картине маслом.

Разгром помещичьей усадьбы. 1926. Музей Современной истории России

Помещик и поп приговариваются к расстрелу революционным трибуналом. Валдай. 1919.

Духовенство на трудовой повинности (по очистке конюшен). 1918.

Буржуазия на трудовой повинности. 1920.

Конвоирование арестованных

В подвалах ЧК. 1919.

Дома у генерала Бутурлина. 1919.

Семья греется у печки-буржуйки, которую топят выломанными паркетными дощечками. Но паркетом много не натопишь.

Разборка деревянного дома на дрова.

Голодные годы в Петрограде. Горячий суп из общественной столовой. 1919.

Вариант того же сюжета: семья "бывших" людей, несущая скудный паек, и новые хозяева жизни.

На улицах Петрограда. 1918.

Семья "бывших", согнанная с квартиры. 1918.

Голодные годы в Петрограде. Разделка павшей лошади. 1919.

Поиски съедобного в помойной яме. 1919.

В последний путь

Генерал — князь Васильчиков в его нынешнем положении. Sic transit gloria mundi (Так проходит мирская слава).Петроград, июнь 1922 г.

Крестьян, разграбивших помещичьи усадьбы, теперь самих грабит голодный город.

Реквизиция скота в деревне в окрестностях Луги. 1920.

Перед обыском и изъятием. 1920.

Реквизиция продовольствия в окрестностях Пскова. 1922.

Изъятие церковных ценностей. 1922.

Церковные ценности изымались под предлогом борьбы с голодом. Но настоящую помощь голодающим оказали международные благотворительные организации.

Расхищение продовольственной помощи от Красного Креста. 1922.

Помните гражданина Корейко, укравшего целый состав с продовольствием для голодающих Поволжья?

Продовольственная помощь от АРА. 1922.

Священник с продовольственной помощью от АРА. 1922.

Отдельной темой рисунков Владимирова было изображение советской повседневности, зачастую весьма ироничное.Вот, например, дети пролетариев "приобщаются к искусству" в Летнем саду.

Спортивные состязания в императорских садах. Петроград, июль 1921 г.

Еще один вид "приобщения к искусству": рояль, утащенный из разоренной барской усадьбы, служит игрушкой для деревенских ребятишек.

У рояля. 1920-е годы.

Фотограф в деревне. 1918.

Урок коммунизма для крестьян. 1922.

В театре. Царская ложа. 1918.

Здесь, похоже, тот же самый красноармеец. Характерны руки — в золотых часах и кольцах, "реквизированных" у буржуазии.

За чтением газеты "Правда". 1918-1923 гг.

А здесь два нахала — красноармеец и краснофлотец — пристают к женщине из "бывших".

Некому защитить. 1921.

Игра в карты. 1922.

Галантный кавалер. 1923.

Советский служащий привел свою даму в ресторан. Замечательно выражение лица старого лакея: "Не тот клиент пошел!"

Гранд-отель "Европа". 1923.

В пивной "Старая Бавария". 1920-е годы.

За знакомство! 1923-1925 гг.

Трактор в деревне. 1925.

Последняя картина — уже начало нового, советского периода в творчестве художника, однако элемент иронии присутствует и здесь.