В каком году Воланд посетил Москву, или Почему неправ Барков

Начнем издалека. Знаете ли вы, что если внимательно посмотреть экранизацию «Мастера и Маргариты» Бортко (ту самую, с Воландом-Басилашвили и Иешуа-Безруковым), то можно заметить удивительные временные аномалии?

Ну вот к примеру. Председатель жилтоварищества дома 302-бис Никанор Босой находит у себя в портфеле записку Степы Лиходеева – помните? В фильме на этой записке черным по белому написана дата: такое-то мая тридцать четвертого года. Записка Степы Лиходеева (внизу стоит число)

Но вечером того же дня Гелла, соблазняя советских женщин буржуазными нарядами со сцены Варьете, нахваливает почему-то новинки сезона тридцать пятого года. Гелла в Варьете (что-то говорит о весне-лете тридцать пятого года)

А червонцы, дождь из которых устроил в зале поганец-Коровьев, так и вообще относятся к 1922 году. Волшебный червонец из двадцать второго года Вот он покрупнее. Красивая банкнота, правда? Год – слева под цветной блямбой.

Что это – невнимательность реквизитора? Черт его знает, может быть, и невнимательность. Сериал вообще, будем откровенны, сделан довольно неряшливо. Но мне хочется верить, что вот именно эти хронологические нестыковки введены в фильм нарочно. Если бы я экранизировал эту книгу, то поступил бы именно так. Для чего? Да именно для того, чтобы не дать возможности однозначно определить год, в котором Воланд посетил Москву. Дело в том, что прочитав «Мастера и Маргариту», совершенно невозможно точно установить время действия романа. Очень важно понимать этот факт – чуть позже я объясню, почему.

Когда я думаю о времени действия «Мастера и Маргариты», мне всегда приходит в голову сравнение с электроном, который не находится в конкретной точке, а умудряется одновременно быть в нескольких разных местах. Получается, что он как будто размазан в пространстве. Так и роман Булгакова размазан сразу по целому десятилетию, а не относится к какому-то определенному году. Изображение атома. Напоминает оно вам «Мастера и Маргариту»? Не напоминает. А знаете, почему? Да потому что на нем электроны не размазаны.

Но не все разделяют такую точку зрения. Различные исследователи с упорством, достойным лучшего применения, пытаются увязать сюжет «Мастера и Маргариты» с конкретным годом и, основываясь на этом, предлагают свою трактовку романа. Ну и бог бы с ними, предлагают – и ладно. В конце концов, книга тем и гениальна, что каждый читатель может найти в романе что-то свое, и его толкование будет не хуже всех прочих.

Но когда разнообразные горе-исследователи начинают заявлять, что именно их трактовка единственно верная, тут уж молчать я не могу.

Вот, к примеру, Альфред Барков в своем исследовании «Мастера и Маргариты» приходит к выводу, что действие романа однозначно относится к 1936 году. Этот вывод позволяет ему развить дикую теорию о том, что раз мастер умер в один год с Максимом Горьким, так, значит, мастер – Максим Горький и есть. Из этой предпосылки Барков развивает свою трактовку в совершенно уже безумное русло. «С балкона осторожно заглядывал в комнату бритый, темноволосый, с острым носом, встревоженными глазами и со свешивающимся на лоб клоком волос человек примерно лет тридцати восьми» – так Булгаков описывает мастера.

Представьте себе, у Баркова на сегодняшний день довольно много последователей (и это, скорее, печально, чем смешно). Его аргументы действительно могут показаться убедительными тем людям, которые не занимались изучением романа на более-менее профессиональном уровне. Но сегодня мы не будем разбирать все ошибки подобных толкований. Поговорим лишь о датировке романа.

Если же моя точка зрения кажется вам неубедительной, давайте вместе посмотрим, удастся ли вычислить год, в котором шайка Воланда прибыла в Москву.

Итак. Булгаков писал роман о современности, и писал его с 1928 по 1940 год. Значит, действие романа происходит где-то в этом промежутке. С этим, насколько мне известно, согласны все исследователи.

Теперь давайте абстрагируемся от всех трактовок и попытаемся определить год бесстрастно, с чисто математической, вероятностной точки зрения. Для этого будем руководствоваться следующими принципами:

Перейдем, наконец, к изучению текста романа. Я смог найти там следующие подсказки:

Подсказки в тексте

Лагеря на Соловках (печально известные СЛОН, затем Беломоро-Балтийский лагерь и, наконец, СТОН) существовали с 1923 по 1939 годы.

Судя по словам Воланда, можно предположить, что речь идет о полуострове. Подходящая под это описание война шла в Испании (Пиренейский полуостров) с июля 1936 по апрель 1939 года.

Как известно, все участники бала у Воланда имеют реальных прототипов. В 1938 году состоялся громкий судебный процесс право-троцкистского блока. Одним из главных обвиняемых был Г. Ягода. По материалам следствия, Ягода опасался, что Ежов может разоблачить его участие в убийстве Кирова и приказал своему секретарю приготовить яд, которым были обрызганы стены кабинета Ежова. Ягода был расстрелян 15 марта 1938 года.

Первый съезд архитекторов СССР состоялся в июне 1937 года.

Белые червонцы с водяными знаками выпускались с 1925 по 1936 год. В начале 1937 года им на смену пришли червонцы нового образца (почему-то без водяных знаков).

По Арбату троллейбус был пущен в конце 1934 года. Но на это можно не обращать внимания, потому что по Садовому кольцу троллейбус стал ходить лишь в конце 1936 года (раз Поплавский оказался в троллейбусе всего через несколько минут после побега из нехорошей квартиры, значит, сел он именно на Садовой).

Объединение Торгсин (Торговый синдикат) было создано в январе 1931 года. Правда, советские граждане могли попасть в магазин лишь с июня, а значит, описанные в романе майские события могли происходить не раньше 1932 года. В январе же 1936 Тогрсин прекратил свое существование.

Брянский вокзал был переименован в Киевский в 1934 году.

Паспорта были введены 27 декабря 1932 года.

Первый номер «Литературной газеты» вышел 22 апреля 1929 года.

Итак, у меня вышла ровно чертова дюжина зацепок. Такой уж роман. Может быть, вы мне подскажете еще что-нибудь? Комментарии к статье – внизу.

Чтобы легче воспринять всю эту информацию, давайте изобразим ее на картинке:

Посмотрев на получившуюся у нас диаграмму, мы увидим, что наибольшее число зацепок приходится на 1934 год (казалось бы, 1935, 1937 и 1938 подходят не меньше, но тут мы вспомним про убывание популяции извозчиков – самая первая из найденных нами в тексте подсказок). В общем, такой результат был предсказуем – с математической точки зрения наиболее вероятный год на промежутке между 1928 по 1940 вычисляется очень просто: 2

Что скажешь, математика – царица полей. И я еще раз напомню, что даже этот наименее противоречивый год нельзя считать годом действия романа (еще нет ни троллейбуса на Садовой, ни войны в Испании, да и Ягода пока жив-здоров).

Крайне некорректно (тем более, для исследователей Булгакова) заявлять: «Исходя из того, что действие романа происходит именно в 19** году, можно сделать вывод…» Нельзя сделать.