Мамуд Шавершян бесплатно раздавал хлеб, но его не поняли

Владелец продуктового магазинчика в городе Струнино бесплатно раздает хлеб бедным. За это “нахлебники” уже пытались жаловаться на него в прокуратуру, обзывали черномазым и обещали посадить — мало дает!

“Кто выдает нам этот хлеб? Путин, кто ж еще! — суровый мужчина протягивает продавщице бумажку с печатью “Продуктовый магазин “Ерик”” и надписью “Талон на выдачу одного батона и половинки черного. Март” и получает требуемое.— Президент дал распоряжение, чтоб малоимущим, пенсионерам и инвалидам оказывали помощь. Вот и оказывают. Но эти торговцы хитрые, себя тоже не обидят! Понаехали в Россию и кормятся за наш счет!” Мужчина подозревает, что ему положен целый кирпичик “Дарницкого”, а не половинка, а в магазине воруют его законную долю.

Продавщица Галина Ли машет рукой: не обращайте, мол, внимания. Здесь привыкли к недовольным. Уже почти восемь лет в этом магазине помогают нуждающимся, выдают по 10 “хлебных талонов” в месяц на каждого, но до сих пор не все граждане понимают, кто и зачем это делает. Версии разнятся: кто-то, как этот утренний посетитель, уверен, что распоряжение насчет хлеба отдал лично Путин, кто-то считает, что это мэр города постарался, кто-то пишет благодарственные письма губернатору Светлане Орловой: “Спасибо, кормилица наша!”. Не все знают, что почти 2 тысячи батонов и около тысячи “черного” в месяц раздает один человек — Мамуд Шавершян, владелец этого небольшого магазина в спальном районе.

Хлеб насущный

“Я хотел назвать магазин в честь внука — Эрик,— смеется Мамуд Максимович.— Но что-то там с бумагами напутали, и стали мы — Ерик. Ну да ладно. Это не главное”. Главное, как уверен Мамуд, это помощь тем, кто живет хуже тебя. Над рабочим столом предпринимателя висит портрет деда, ветерана Великой Отечественной войны. Его завету “Каждый день помогай людям, получится 365 добрых дел в год” Мамуд и следует. “Вы не представляете, каким человеком был мой дед! Всю войну прошел, за несколько месяцев до Победы без ноги остался. Но не отчаялся, на печи не сидел, стал председателем колхоза. И никому в помощи не отказывал. Говорил мне: недоедай, недопивай, а людям помогай и сам добро помни. Вот почему я нерусский, а отчество у меня Максимович? А потому что дед всех сыновей называл в честь своих фронтовых друзей. Максим — это был начальник штаба, они вместе на Курской дуге воевали”.

Мамуд приехал в Россию из Армении около 25 лет назад. Сначала трудился инженером, потом занялся бизнесом. Когда открыл магазин, то заметил, как старушки у кассы пересчитывают копейки: “Дочка, а четвертинки вы не режете?” и придумал печатать талоны на бесплатный хлеб. Подсчитал, что на два дня среднестатистической бабушке хватит батона и “половинки”: “А на третий день она снова придет к нам за свеженьким”, и написал объявление: “Все пенсионеры микрорайона Дубки города Струнино в последний день месяца могут получить по 10 талонов на бесплатный хлеб”. Сначала талоны выдавались только пенсионерам. Потом инвалиды стали обращаться, многодетные. Теперь из соседних деревень даже приезжают — многие едут на рынок торговать, а потом заходят за бесплатным батоном. Но Мамуд чужие доходы не проверяет — помогает в меру сил кому может. “Я всегда говорю своим продавщицам: “Девочки, вы, конечно, расспросите, как человек живет, чтобы ловкачи нас и наших бабулек не обманывали, но печатайте талонов, сколько людей придет. Вот сейчас лето начнется, московские дачники пойдут к нам, значит, придется чуть больше хлеба привозить”.

И в соседний детсад бизнесмен доставляет сушки и печенье, выдает хлеб для церкви, в Армении уже много лет практически полностью содержит школу, в которой учился. Друзья считают, что таким образом он чтит память деда, конкуренты шепчутся, что так он замаливает какие-то свои грехи, кто-то даже подозревает, что Шавершяна власти города заставляют это делать. Но как бы там ни было, а почти 200 жителей Струнино о хлебе насущном могут не беспокоиться. “Власти даже не знают о моей инициативе,— говорит бизнесмен.— Ни одной грамоты, ни одной благодарности я не получал, да мне и не надо. Я просто хочу, чтобы люди рядом со мной жили более или менее сытно”.

Я Максимовичу сначала жаловалась, говорила, что люди не ценят его доброту, а он только успокаивал: “Девочки, этим людям никто никогда не помогал, поэтому они не верят в добро и злятся

«Чурки нерусские!

Что Мамуд получает регулярно — так это жалобы. Каждый день в магазин привозят несколько десятков бесплатных батонов. “Бывает, бабушки наши вообще не приходят и хлеб остается,— объясняет продавщица Галина Ли.— А бывает, с утра идут и идут, за пару часов все разбирают”. Тогда те, кому не удалось отоварить талоны, могут скандал устроить, и никакие доводы “Приходите завтра” на них не действуют. А уж если машина сломается, то у магазина целый митинг собирается: “Где хлеб? Что это такое? Мы будем жаловаться!” На владельца магазина уже несколько раз собирались писать в прокуратуру, в администрацию президента и даже на всякий случай в санэпидемстанцию. Особенно активно возмущаются дедушки — один чуть витрину костылем не разбил. Бабушки больше кричат, но когда вечером 28 февраля одной из них не хватило хлеба, она этот свой последний зимний талон бросила в лицо продавщице: “Подавись!” А накануне 8 Марта другая пенсионерка пришла выяснять: “Что нам подарят?” В магазине часто раздают сушки и пряники, к праздникам — почти всегда, вот женщина и начала разборки: “Как это — вы не знаете? А кто должен знать? Может, вообще ничего не привезете? Тогда я вашу книгу жалоб всю испишу! Скажу, что у вас тут крысы бегают!”

“Максимович это не всегда слышит,— вздыхает администратор магазина Ануш Гузальян.— А меня первое время чуть ли не каждый день до слез доводили, ведь если что не так — зовут администратора, ругаются, матом посылают. Мне так больно было, я Максимовичу сначала жаловалась, говорила, что люди не ценят его доброту, а он только успокаивал: “Девочки, этим людям никто никогда не помогал, поэтому они не верят в добро и злятся. Но мы не ради их “спасибо” это делаем, пусть кричат, пусть”. Именно Ануш раз в месяц печатает и раздает талоны. И хотя и она, и сам владелец магазина постоянно объявляют, что талонов всем хватит, народ этому не верит, очередь занимают с ночи, бабушки подменяют друг друга, стоят как часовые. “Но когда я начинаю раздачу — прибегают здоровые такие детины, многодетные, крепкие пенсионеры-пьяницы или вообще проходимцы какие-то и сметают наших бабулек,— вздыхает Ануш.— Приходится наводить порядок. Хотя и бабушки хитрят. Получит такая свои 10 талонов, снимет шапку — и снова в очередь. Иногда стоят целыми семьями: сын, мать и бабуля, чтобы получить сразу 30 талонов. Но я ведь живу здесь, я всех в лицо знаю, меня не обманешь”. Ануш не раз угрожали, одному молодому парню она посоветовала: “Иди работай”? и он пообещал: “Город маленький, я тебя встречу…” Много в очереди и тех, кто чувствует себя униженным: “Вот, стоим за этим поганым хлебом, к черномазым с протянутой рукой идем!” Недавно в очередной раз в спину Ануш крикнули: “Вы — чурки нерусские!”, она не выдержала, развернулась: “Эти чурки вас кормят!” Ануш считает, что только процентов десять из всех, кто получает талоны, выражают свою благодарность. “Скажут тебе спасибо и это сразу душу греет, все обиды уходят,— улыбается Ануш.— Мне вот недавно четыре бабушки даже картину подарили. Красивая такая картина, там Бог нарисован”.